Часть 1. Часть 2.

Рик Вейч. Человек без страха.

Рик Вейч

Алан Мур все еще находился на пути к звездному статусу, но его свершения уже тогда отпугивали потенциальных сценаристов серии. Казалось, что никто не хотел писать комикс. Тогда Карен совместно с Аланом предложили Рику Вейчу продолжить историю Болотной Твари. Тому хватило смелости ответить согласием. “Знаешь, в этот раз ты совершаешь карьерное самоубийство”, шутливо поддерживал преемника Мур, осознавая правдивость своих слов.

Рик не только взялся писать сценарий, но и остался основным художником серии. Альфредо Алкала, порой заменявший Тотлбена, стал постоянным инкером. Вейч, в свою очередь, хоть и не был опытным сценаристом, но к тому времени уже подменял Мура, а также время от времени делился с ним идеями. Некоторые Алан в итоге использовал. В один из моментов творческого застоя британец позвонил Рику с просьбой помочь. Поскольку в ходе истории протагониста забросило в космос, Вейч предложил простую и эффектную концепцию: “А что если Тварь очутится на пустой планете и заселит ее?”. Именно так и появился потрясающий выпуск My Blue Heaven.

Конец истории Мура вполне ясен типовое сказочное “и жили они долго и счастливо”. Комикс срочно нуждался в конфликте, и тот был найден. Длительное отсутствие Алека на Земле возымело эффект, нарушив порядок вещей. Парламент не мог позволить себе такое долгое отсутствие аватара и семя новой болотной твари было посажено. Наличие сразу двух элементалей оказалось несовместимым с укладом растительного мира. Как следствие, Холланд встал перед выбором: убить или быть убитым? Масла в огонь подливали отношения с Эбби. Взаимопонимание божества и женщины оказались не похожими на рай, построенный Муром.

Итогом первой сюжетной арки Вейча стал The Thinker. По ходу выпуска Алек заставлял тело и разум эволюционировать в поисках решения проблемы. Рик не упустил возможности порассуждать о супергероике, отделяя Тварь от таких человечных, в своих поступках, членов Лиги Справедливости. Критики высоко оценили номер, удостоив его номинации на премию Айснера.

Страницы The Thinker – одного из лучших выпусков Рика Вейча.

Уход Мура с серии негативно сказался на продажах комикса. Но, спустя время, ситуация начала исправляться. Возможно, слог Рика не был так искусен, а рисунок не дотягивал до работ Биссетта и Тотлбена. Возможно, истории и поднимаемые темы не были настолько масштабны. Однако один фактор привлекал всё новых и новых читателей это был настоящий Swamp Thing. Тот самый, который расширял границы медиума. Тот самый, который удивлял и не боялся скользких тем. Тот самый, который заставлял думать. На удивление, переход к новой главе в истории Болотной Твари оказался настолько плавным, насколько это вообще было возможно. Вейч сохранил дух, заложенный Муром, и продолжил развивать мифологию персонажа и вселенную вокруг него.

Уже на второй год Рик запланировал масштабный сюжет, в котором решил отправить Тварь в путешествие сквозь время. Одной из причин подобной задумки являлись кроссоверы во вселенной DC. Вейч хотел избежать участия в грядущем событии под названием «Invasion!», где все герои объединялись для защиты Земли от инопланетной расы Доминаторов. В ходе сюжета захватчики сбрасывали на планету бомбу, которая лишала супергероев сил. Тварь, будучи существом растительного происхождения, представляла наибольшую угрозу для инопланетян и поэтому была устранена.

Тварь Мура путешествовала в пространстве. Рика — во времени.

В ходе путешествия сквозь время, Алек попадал в разные эпохи, знакомясь с «негероическими» персонажами DC. Он видел Мировые войны и встречал там Сержанта Рока и Барона фон Хаммера; посещал Дикий Запад в компании Джоны Хекса и Томагавка; лицезрел падение Камелота и начало пути Демона Этригана. В финале арки планировалось сразу два кульминационных момента: рождение ребёнка Эбби и Твари, а также встреча протагониста и Иисуса Христа.

По задумке Вейча, в конце путешествия Алек оказывался по ту сторону времени и пространства. Перед героем представала вся временная линия вселенной DC вплоть до Кризиса на бесконечных Землях. Далее он перемещался на земли Палестины и встречал Иисуса. Диалог между Тварью и Спасителем подводил последнего к финальному решению и Распятию. Сюжет Вейча был, мягко говоря, спорным, но получил одобрение от редакторов DC.

Майкл Зулли, приглашенный художник выпуска, уже подготовил все страницы, но произошло непредвиденное. К моменту, когда рисунок находился на стадии растушевки, Рика застал звонок Карен Бергер: “Мне нужен новый сценарий в течение трех дней”. Карен, будучи редактором серии, поддерживала смелые идеи авторов, но за публикацию настолько спорных работ отвечало начальство. Сказать, что Вейч находился в шоковом состоянии — ничего не сказать. Подобных случаев при работе над комиксом у Рика еще не было, поэтому он не до конца осознавал сложность ситуации.

Обычно редакторы DC указывали авторам на эпизоды, которые требовалось изменить и вопрос решался полюбовно. В этот раз все было по-другому. Издатели настаивали на новом сценарии, хотя Рик был готов убрать сцены Тайной Вечери и Распятия. Христа он предлагал называть «плотником» или «волшебником», а то и вовсе использовать в качестве персонажа второго плана. Никакие уговоры не повлияли на решение редакторского состава, поэтому Вейч решил уйти. “Они [редакторы DC] ждали до последнего, когда выпуск был практически готов. Если бы они извинились, и дали мне больше времени на новый сценарий… Нельзя написать сценарий для Swamp Thing за три дня. Это просто невозможно”, — даже спустя годы в словах сценариста ощущается досада.

Если вынести эпизод со скандальным выпуском за скобки, Рик с удовольствием вспоминает о работе под руководством Карен Бергер. Та пошла на беспрецедентный шаг и позволяла сценаристу проводить финальную редактуру. “После того как комикс оказывался на столе Карен, она высылала мне ксерокопии страниц. Мы созванивались и обсуждали слова или предложения, которые не работали, не давали нужного эффекта. Ни до, ни после, ни один редактор не предоставлял мне подобных возможностей. Благодаря такому подходу удалось спасти множество сцен.” — приоткрывая занавес, Рик подтверждает по-настоящему «авторский» тон Swamp Thing этого периода.

Страницы неопубликованного выпуска. Рисунок – Майкл Зулли.

Одним из важных сюжетных решений Вейча стали предстоящие роды Эбби. Появление ребенка элементаля и женщины сильно меняло прежние устои Парламента и самой концепции Зелени. По задумке Алека, новый аватар имел бы человеческое происхождение, а не природное. Именно на этом моменте должен был закончиться ран Рика. По предварительной договоренности, пост сценаристов заняли бы сразу два автора Нил Гейман и Джейми Делано. Оба рассчитывали писать серию в течение шести месяцев, чередуясь друг с другом. Внезапный конфликт Вейча с редакторами DC поставил крест на участии британцев: из солидарности они решили отказаться от работы над комиксом. Именно в этот момент у Swamp Thing начались первые серьезные проблемы на несколько месяцев выпуск комикса был приостановлен.

Антикризисные меры.

Продолжить историю доверили Дагу Уиллеру. За какие заслуги данный автор получил право работы над серией так и останется загадкой. Даже сейчас найти информацию об этом сценаристе практически невозможно. Первым делом Уиллер завершил сюжет о путешествии Алека по временному потоку, кульминацией которого стало рождение Тефе. Имя, данное в честь бразильской реки, подчеркивало происхождение девочки. Таким образом, Даг стал со-автором персонажа.

С десяток выпусков потребовалось, чтобы комикс определился с дальнейшим направлением. Ожидаемо, центральной темой большинства номеров являлась Тефе. Не самые интригующие сюжеты сопровождались внезапно ужасающими сценами, а спустя время герои и вовсе отправлялись в чертоги ада. Уже на ранних этапах чувствуется желание Уиллера использовать масштаб и наработки предыдущих сценаристов. Художественная составляющая Swamp Thing оставалась солидной: Пэт Бродерик хорошо смотрелся в роли основного художника, а обложки Тотлбена могли продавать комикс единолично.

Шедевральные полотна Тотлбена — одно из главных достоинств комикса при Уиллере.

Основной линией повествования при Уиллере стало эпическое противостояние Зелени и Серости. Царство плесени появилось в четвертом ежегоднике комикса. Выпуск, написанный Стивеном Биссеттом, рассказывал о неизвестных спорах грибка, распространяющихся по Готэму. Бэтмен, будучи зараженным, искал помощи у Болотной Твари. Хотя Серость еще сыграет роль в серии, наибольшее внимание она получила именно от Уиллера. Стоит признать, что мистический и тягучий облик плесени, прописанный в ежегоднике, получил достойное воплощение в основном сюжете комикса.

Swamp Thing Уиллера представлял из себя многообразную историю: локальные проблемы и потусторонние путешествия соседствовали с масштабной битвой природных царств. Однако имелся один большой недостаток — впервые комикс о Болотной Твари было скучно читать. Виной ли тому авторский слог или сюжеты, по большей части являющиеся продолжением чужих идей, каждый решит для себя сам. Один из пользователей форума CBR высказался о данном периоде достаточно красноречиво: “По-моему сложно найти плохой ран на Swamp Thing. Просто избегайте всего, что содержит имя Даг Уиллер на обложке…”

Первое появление Серости (The Grey) в четвертом ежегоднике.

Регресс серии сопровождали кадровые перестановки. Перешагнув отметку в 100 номеров, Swamp Thing потерял своего многолетнего редактора — Карен Бергер. Она уступила место Стюарту Муру и сосредоточилась на работе над The Sandman. Мур же оставался на посту редактора до самого закрытия комикса и даже удостоился премии Айснера спустя пару лет — за работу над Swamp Thing Миллара и Моррисона, The Invisibles того же Моррисона и Preacher Гарта Энниса.

Что касается Дага Уиллера — в каком-то роде сценарист стал жертвой обстоятельств. По сути, он выступил «антикризисным менеджером» и вряд ли подразумевался как полноценная замена Муру и Вейчу. Одно можно сказать уверенно — за свою смелость Даг заслуживает уважения. В течение следующих лет он публиковался в Negative Burn — антологии от Caliber Press, в которой участвовали многие заслуженные авторы индустрии.

Пока комикс еле держался на плаву и стремительно терял аудиторию, бренд Swamp Thing потихоньку становился частью поп-культуры. В 1989 году поклонники серии получили сиквел киноадаптации под названием «Возвращение Болотной Твари». Спустя год на канале Usa Today состоялась премьера тв-сериала Swamp Thing. Шоу продержалось три сезона и со временем обрело культовый статус. Помимо игровых адаптаций, Тварь продвигали среди детей. Подобно легендарным Черепашкам Ниндзя, персонажи комикса удостоились серии игрушек от компании Kenner. Как и в случае с зеленокожими, успех фигурок подкрепили мультсериалом, который транслировался на Fox Kids.

Вуду Нового Орлеана.

Нэнси Коллинс и Нил Гейман

Нового сценариста в DC решили искать среди талантливых хоррор-писателей и выбор пал на Нэнси Коллинс, автора популярных вампирских романов. Она проживала в Новом Орлеане, следила за Болотной Тварью и мечтала работать в комиксах — все кусочки пазла собрались воедино. Перед Нэнси, как и последующими авторами, стояла очевидная задача — поднять продажи серии и вернуть лояльность аудитории. Держа в уме провал Уиллера, Коллинс не желала брать на себя роль спасителя, однако шанс воплотить мечту упустить не могла.

Дебют нового авторского состава произошел в шестом ежегоднике серии. Впервые Swamp Thing писала не просто женщина, а житель тех самых южных штатов, в которых происходила большая часть событий комикса. Если Алан Мур при подготовке к работе использовал справочную литературу, то Нэнси пошла дальше, посетив Терребонн (округ штата Луизиана) и город Хаума. Ран Коллинс сильно выделяется на фоне остальных — будь то использование культурных черт тех мест, акцента и даже музыки или внедрение богатого каджунского фольклора в сюжет. Ни до, ни после Нэнси, комиксы о Болотной Твари не были настолько пропитаны южным колоритом.

Коллинс получила карт-бланш и право игнорировать события предыдущего рана. В DC хотели, чтобы Болотная Тварь вернулась к истокам. Нэнси решила «заземлить» персонажа, вернув того на луизианские болота. Внезапно комикс стал… семейным! Масштаб событий потерял эпический размах, сконцентрировавшись на жизни и отношениях главных героев, а жуткие хоррор-сцены сменили мистические и фэнтезийные истории.

Впервые на страницах Swamp Thing немалую роль играл юмор. Особого внимания достойны сюжеты про выдвижение Болотной Твари на выборах губернатора Луизианы или посещение легендарного фестиваля Марди Гра в Новом Орлеане. За «губернаторские» выпуски авторский состав комикса удостоили номинации на премию Айснера в категории “Лучшая история”. Интересно отметить реакцию Лена Уина на подход Коллинс к его детищу. Не стесняясь в выражениях, Лен назвал её ран “отвратным, таким, после которого не хотелось читать серию дальше”.

Потрясающие обложки Джона Хиггинса — того самого колориста Хранителей.

Начало 90-х ознаменовалось всплеском ЛГБТ тематики в мейнстрим комиксах. Катализатором этих событий, как и в случае с бумом на монстров, послужили правки, внесенные в Комикс Код. Тенденции тех лет не обошли стороной и Болотную Тварь. Помимо появления гей персонажей, некоторые из старых героев сменили сексуальную ориентацию. Переход серии под знамена Vertigo способствовал подобным изменениям. Отдельно, в контексте эпохи, хочется упомянуть рисунок. Именно в выпусках Коллинс наиболее точно переданы дух времени и визуальные метаморфозы: никогда Эбби не изображалась настолько сексапильно. Однако, гораздо больше возмущали характер и поступки героини. Впервые за многие годы Аркейн совершенно не походила на себя прежнюю, что вызвало недовольство искушенных читателей Swamp Thing.

Как выяснилось позднее, сюжетные ходы были продиктованы редакторами. Коллинс приходилось принимать не самые легкие решения, чтобы удовлетворить запросы начальства. Руководство считало, что только радикальные методы могут помочь в поднятии продаж. Автору все же удалось снизить градус предложенного безумия, избежав убийства некоторых персонажей. Ценой этому стали невнятные сценарные решения. Хотя финальные арки способны смазать общее впечатление от работы Коллинс, нужно признать, что её произведение получилось цельным и самобытным.

Ожидаемо прибыль от серии пошла на убыль, а Нэнси получила изрядную порцию критики. Таков печальный финал одного из самых недооцененных ранов в истории Swamp Thing. В последствии Коллинс предложили место сценариста в другом комиксе DC – Animal Man. Кажется, что она была идеальной кандидатурой именно для этой серии. Нэнси отказалась от работы с четой Бейкеров, но в последствии пожалела о своем решении. Она мечтала вернуться к Болотной Твари и вынашивала идею для небольшой истории, сюжет которой строился на взаимодействии Константайна, Антона Аркэйна и других мистических персонажей Vertigo. Однако издательство не было заинтересовано в Arcane Blood (рабочее название проекта). Дальнейшая карьера Коллинс в комиксах оказалась недолгой и ран на Swamp Thing так и остался главным достижением писательницы.

Шотландское вторжение.

Марк Миллар

Серия продолжала находиться в шатком состоянии, ей срочно требовался свежий взгляд. Занять место сценариста предложили Гранту Моррисону, к тому моменту написавшему уже классические раны на Animal Man и Doom Patrol. Шотландец согласился, но с одним условием — к работе также присоединится его соотечественник. Молодым талантом оказался Марк Миллар, с которым Грант успел поработать в журнале 2000AD. Моррисон оказал услугу своему протеже, открыв тому дорогу к американской публике. Позднее они еще поработают вместе над The Flash, Aztek и Vampirella.

По договоренности с DC, Грант должен был написать сюжетную арку из четырех номеров, а Миллар продолжить историю. Перед дуэтом стояла непростая задача: придать серии былой вид, отойти от концепций Коллинс и вернуть комикс в рамки ужастика. О работе над Swamp Thing Моррисон говорил следующее: “Я работаю над тем, чтобы снова сделать из Твари монстра”. Первый выпуск шотландцев шокировал читателя так, как в свое время это сделал The Anatomy Lesson. С легкой подачи Гранта сущности Алека Холланда и Болотной Твари разделились. Последняя представляла из себя дикую и необузданную оболочку, ведомую инстинктами. Эта неожиданная задумка найдёт применение и у будущих авторов серии.

Вернув элементы ужаса, сценаристы продолжили расширять мифологию и придавать истории поистине эпический размах. Прелесть эпохи Мура заключалась в постепенном развитии персонажа и вселенной вокруг него. Swamp Thing Моррисона и Миллара выглядит как попытка догнать и перегнать легендарного англичанина. Взвинченный темп повествования, нагромождение событий и обилие действующих лиц вызывают недоумение.

Спустя десяток выпусков комикс стал приобретать черты полноправной серии Марка Миллара. Сценарист всегда выделялся на фоне коллег благодаря своему нестандартному подходу. Смелые и оригинальные, а где-то даже дерзкие решения с лихвой компенсируют порой слабые диалоги и повествование в комиксах шотландца. Как оказалось, концептуальные эксперименты Миллар устраивал задолго до своих бестселлеров — «Красного Сына» и «Старика Логана».

Посреди основной линии арка River Run выглядит настоящей находкой для любителей необычных сеттингов: будь то мир победившего нацизма (с американским флагом и свастикой на обложке!) или вселенная, в которой Алек не стал Болотной Тварью. Еще больше удивляет Chester Williams: American Cop — политическое высказывание Миллара, приуроченное к президентским выборам в США и проиллюстрированное легендарным Куртом Суоном. В современных комиксах «большой двойки» уже не встретить такой «жирной» и прямолинейной сатиры. Выпуск получился настолько противоречивым, что удостоился многочисленных статей и обращает на себя внимание по сей день.

River Run — пиршество фантазий Миллара на страницах Swamp Thing.

Вдоволь наигравшись с персонажами и многократно забросив их в невиданные ранее условия, Марк готовился к грандиозному финалу. Он поставил жирную точку в развитии протагониста: пройдя бесчисленное количество испытаний, Болотная Тварь достигла пика своих возможностей и фактически стала божеством. Ни до, ни после шотландца, персонаж не удостаивался подобного статуса. Спустя тридцать выпусков в комиксе не осталось места для маневра.

Грант Моррисон

Хотя имя Моррисона значится только на четырех обложках комикса, возможно, его роль в финальном ране была куда значительнее. В своей книге Supergods Грант утверждает, что именно он разработал структуру сюжета и своеобразный пантеон из природных элементалей, с которыми предстояло встретиться Алеку. По его словам, Миллар всего лишь следовал по заранее продуманному пути. Позже общение между соотечественниками прекратилось: по слухам, причиной конфликта был гострайтинг одного из выпусков Authority, о котором Грант проболтался в прессе.

Учитывая многолетнюю идеологическую вражду между Моррисоном и Аланом Муром, общее направление сюжета в Swamp Thing подтверждает слова шотландца. Грант был очень недоволен, когда DC презентовали его в качестве «нового Алана Мура»: “Они отчаянно пытаются повторить успех Хранителей и приглашают нас, британцев. Я слышал, как Нила Геймана называют новым Муром, думаю и Джейми Делано описывают так же. Это как новые Битлз. Кто захочет быть новыми Битлз?”.

Что бы ни говорил Моррисон, в центральной части истории легко узнается почерк Марка Миллара. Оба автора не просто оставили свой след на страницах Swamp Thing, но и завершили огромный цикл, начатый еще в начале прошлого десятилетия. Комикс тепло встретили преданные фанаты и спустя годы ран Моррисона/Миллара по праву считается одним из лучших. К сожалению, случился он на закате былой славы болотного существа, когда закрытие серии являлось вопросом времени.

После перезапуска Swamp Thing просуществовал 14 лет. За это время Болотная Тварь превратилась из второсортного героя DC в культового персонажа с богатой мифологией и верными последователями. Комикс стал частью поп-культуры и превратил Мура в одного из самых желанных сценаристов медиума. Вдобавок послужил началом «британского вторжения» и привел к созданию Vertigo. Трудно поверить, что отправной точкой для всех этих событий стал не самый внятный фильм Уэса Крэйвена.

Читать продолжение

Поделись Радостью